Суды начинают пересматривать привычный подход к оплате судебных экспертиз. Сегодня под сомнение может быть поставлена не только достоверность экспертного заключения, но и размер вознаграждения за уже выполненную работу.
В статье Ирина Вишневская рассматривает реальные судебные кейсы и новую практику Верховного Суда РФ, которая меняет представление о том, что именно считается надлежащим результатом экспертного исследования и за что в действительности готов платить суд.
Экспертиза без оплаты: как суды пересматривают стоимость работы эксперта
Судебная экспертиза традиционно воспринимается как один из самых защищенных видов профессиональной деятельности. Если суд назначил экспертизу, эксперт выполнил исследование и представил заключение, логично предположить, что работа должна быть оплачена.
Однако судебная практика последних лет показывает, что ситуация становится значительно сложнее.
Сегодня суды все чаще оценивают не только содержание экспертного заключения, но и объем фактически выполненной экспертом работы. Более того, в ряде случаев суды самостоятельно определяют, какая часть экспертного исследования заслуживает оплаты, а какая — нет.
Одним из наиболее показательных примеров является дело № А68-6185/2019.
Когда эксперт выполнил работу, но оплатили только ее часть
В рамках корпоративного спора Арбитражный суд Тульской области назначил бухгалтерскую экспертизу.
В процессе работы выяснилось, что значительная часть первичных бухгалтерских документов отсутствует. Эксперт неоднократно ходатайствовал об их предоставлении. Несмотря на это, необходимые документы так и не были представлены либо преднамеренно сокращались и предоставлялись в таком виде, что их анализ был практически невозможен. Например, оборотно-сальдовые ведомости предоставлялись только в виде строки «итого».
В результате эксперт подготовил два заключения и ответил на большинство поставленных вопросов настолько полно, насколько это позволяли представленные материалы.
Важно отметить: ни суд первой инстанции, ни апелляция не признали экспертное заключение недопустимым доказательством. Напротив, апелляционный суд прямо указал, что решение по существу спора не содержит выводов о признании заключения эксперта ненадлежащим доказательством.
Казалось бы, вопрос оплаты должен был быть очевидным. Однако произошло обратное.
Экспертная организация заявила к взысканию более 426 тыс. рублей, которые складывались из 250 тыс. руб. — в соответствии с письмом о готовности сделать экспертизу, и оставшейся суммы — как дополнительного исследования, по которому суд не вынес определение о назначении повторной экспертизы, но которое потребовалось в связи с вступлением в дело третьего лица, приобщившего к делу еще несколько томов. Суд предложил эксперту во время первого допроса доработать заключение с учетом новых материалов.
Суд посчитал, что эксперт фактически ответил только на два вопроса из пяти, и самостоятельно определил стоимость работы в размере около 24 тыс. рублей, дополнительно взыскав лишь транспортные расходы — по оплате проезда из Москвы в Тулу и обратно на два допроса. Фактически размер вознаграждения был уменьшен более чем в десять раз.
Где проходит граница судебного усмотрения?
Логика суда строилась на положениях пункта 25 Постановления Пленума ВАС РФ № 23 от 04.04.2013.
Согласно данной позиции, если эксперт не смог завершить исследование по объективным причинам, ему подлежит оплате стоимость фактически проведенных исследований.
На первый взгляд подход выглядит разумным. Но возникает принципиальный вопрос.
Если невозможность ответить на часть вопросов вызвана не действиями эксперта, а преднамеренным сокрытием или непредставлением сторонами необходимых документов, может ли это автоматически уменьшать стоимость уже выполненной работы? Тем более в случае, когда трудоемкость исследования от этого не уменьшилась, а увеличилась, как в приведенном выше примере.
Ведь эксперт тратит время не только на написание итоговых выводов. Он анализирует материалы дела, выявляет недостаточность доказательственной базы, формирует запросы, проводит исследование доступных документов, участвует в судебных заседаниях и разъясняет результаты исследования.
В ряде случаев именно вывод о невозможности дать достоверный ответ является профессиональным результатом экспертного исследования.
Верховный Суд идет еще дальше
Если в деле № А68-6185/2019 речь шла о частичном уменьшении вознаграждения, то в более поздней практике Верховного Суда прослеживается еще более жесткий подход.
В Определении Верховного Суда РФ от 16.01.2018 № 5-КГ17-234, а затем в Определении от 13.05.2025 № 45-КГ24-40-К7 сформулирована позиция, согласно которой расходы на экспертизу не могут быть возложены на участников процесса, если заключение выполнено с нарушением закона и вследствие этого признано недопустимым доказательством.
Фактически Верховный Суд проводит прямую связь между качеством экспертного исследования и вопросом его оплаты.
Если результат исследования не может быть использован судом как доказательство, основания для возложения расходов на такую экспертизу отсутствуют.
Что меняется для экспертного сообщества
До недавнего времени многие экспертные организации воспринимали судебную экспертизу как относительно безопасную деятельность: исследование выполнено — работа оплачена, хотя зачастую оплаты приходится ждать годами.
Сегодня эта модель постепенно меняется. Суды начинают оценивать:
- объем фактически проведенного исследования;
- полноту ответов на поставленные вопросы;
- обоснованность трудозатрат;
- причинно-следственную связь между действиями эксперта и полученным результатом;
- пригодность заключения для использования в судебном процессе.
Фактически формируется новый стандарт.
Недостаточно представить заключение.
Необходимо быть готовым доказать, почему именно такой объем работы был выполнен, какие действия предпринимались экспертом, почему определенные выводы невозможно было сделать и каковы реальные трудозатраты на проведение исследования, то есть подготовить финансово-экономическое обоснование для уже проведенного исследования. Это было и ранее в практике экспертной работы, однако касалось случаев, когда гарантийное письмо от экспертной организации направлялось по одному вопросу или в одной редакции, а суд ставил намного больше вопросов для исследования. Тогда да, сразу же после получения такого определения необходимо было уведомить о том, что расходы на производство экспертизы будут больше, и обосновать это экономическим расчетом.
Почему это касается не только экспертов
Последствия новой практики затрагивают не только экспертные организации. Для юристов и участников споров появляется новый инструмент процессуальной защиты.
Если заключение содержит существенные методологические нарушения либо не отвечает требованиям допустимости доказательств, сторона получает возможность ставить вопрос не только о назначении повторной экспертизы, но и о судьбе расходов на ее проведение.
По сути, спор о качестве экспертного заключения постепенно превращается в спор о стоимости экспертной услуги.
А это означает, что в ближайшие годы судебная практика будет отвечать на вопрос, который еще недавно казался невозможным: можно ли считать судебную экспертизу оказанной надлежащим образом, если ее результат не способен выполнять свою основную функцию — быть доказательством в суде?