Минюст подготовил законопроект, который устанавливает единые правила снижения вознаграждения судебных экспертов. Документ разработан во исполнение постановления Конституционного Суда РФ от 11.02.2026 № 6-П, признавшего неконституционным произвольное снижение оплаты экспертизы.
Формально закон вводит понятные критерии. Фактически — меняет баланс между экспертом, судом и сторонами процесса. Разбираем, что именно изменится и какие риски это создает для практики.
Контекст: от произвольности к регулированию
Поводом для изменений стало постановление Конституционного Суда РФ от 11.02.2026 № 6-П , в котором была признана неконституционной норма, позволяющая судам произвольно снижать вознаграждение эксперта без четких критериев.
Ключевая проблема заключалась не в самом праве суда корректировать оплату, а в отсутствии правил: эксперт и сторона процесса не могли прогнозировать итоговую стоимость даже при согласовании условий заранее.
«Экспертиза переставала быть экономически предсказуемым инструментом защиты. Это подрывало саму логику ее использования в процессе», — отмечает генеральный директор ИРВИКОН Ирина Вишневская.
В ответ Минюст предложил законопроект , который должен устранить эту неопределенность и унифицировать подход во всех процессах — АПК, ГПК и КАС.
Что предлагает законопроект
На первый взгляд, изменения выглядят как шаг к большей определенности: вводится единый механизм снижения вознаграждения эксперта с закреплением закрытого перечня оснований.
Ключевой принцип:
снижение возможно только после исследования заключения и только по установленным основаниям.
Среди этих оснований:
- неполнота выводов;
- нарушение методики или закона (с последующей недопустимостью заключения);
- нарушение сроков;
- «чрезмерность» стоимости экспертизы.
Дополнительно закрепляется право эксперта обосновывать стоимость своей работы, а суд — обязанность это обоснование оценить.
Формально это выглядит как систематизация уже существующей практики. На практике — меняется характер взаимодействия эксперта и процесса.
Что меняется для практики
Для юристов экспертиза — это не самостоятельный продукт, а инструмент доказывания. Ее ценность определяется не столько содержанием, сколько процессуальной применимостью.
Новая модель фактически вводит дополнительный уровень риска: теперь качество экспертизы напрямую влияет не только на исход дела, но и на оплату работы эксперта.
Это меняет поведение всех участников процесса:
- эксперт начинает учитывать не только корректность, но и «безопасность» своих выводов;
- стороны получают дополнительный инструмент давления;
- суд — расширенную дискрецию при оценке не только доказательства, но и его стоимости.
Ключевые риски законопроекта
1. Подмена оценки доказательства санкцией
Если заключение признается непригодным или недостаточным, это уже влияет на исход дела. Теперь к этому добавляется финансовое последствие — снижение оплаты.
Фактически возникает двойная санкция: процессуальная и экономическая.
В условиях конфликтного процесса это может стимулировать стороны оспаривать экспертизу не только ради результата по делу, но и для давления на эксперта.
2. Критерий «чрезмерности»
Наиболее проблемный элемент — возможность снижения стоимости как «чрезмерной».
Практика уже показывает, как этот критерий применяется к судебным расходам — часто без учета реальной сложности дела. Перенос такого подхода на экспертизу создает риск искусственного «выравнивания» рынка.
«Если стоимость экспертизы начнут оценивать по аналогии с судебными расходами, мы получим не регулирование, а искажение рынка», — подчеркивает Ирина Вишневская.
3. Формализация сроков
Нарушение сроков становится самостоятельным основанием для снижения оплаты.
При этом в реальности сроки часто зависят от:
- объема и качества исходных данных;
- действий сторон;
- процессуальной динамики дела.
Риск — формальный подход без учета контекста.
4. Усиление субъективности суда
Суд получает право снижать оплату по собственной инициативе.
Это означает, что даже при отсутствии спора между сторонами вопрос стоимости может быть пересмотрен.
Что это означает для корпоративных юристов
Для in-house юристов и процессуальных команд ключевой вопрос — управляемость доказательной базы.
Новая модель требует:
- более тщательного выбора эксперта;
- вовлечения в формирование методологии исследования;
- предварительной проработки позиции по стоимости экспертизы;
- готовности защищать не только выводы, но и саму экспертизу как продукт.
Фактически экспертиза перестает быть «вспомогательной функцией» и окончательно становится частью стратегии защиты.
«Сегодня уже недостаточно просто заказать экспертизу. Ее нужно встроить в процесс — от формулировки вопросов до защиты в суде», — отмечает Генеральный директор ИРВИКОНа.
Вывод: регулирование или новая зона риска
Законопроект решает одну проблему — устраняет произвольность. Но создает другую — усиливает неопределенность в оценке качества и стоимости экспертизы.
Ключевой вопрос теперь не в том, сколько стоит экспертиза, а в том:
насколько она встроена в стратегию защиты и готова выдержать процессуальную проверку.
Именно это будет определять не только исход дела, но и экономику работы эксперта.